| На главную |
| Задачи |
| Темы |
| Тексты |
| Источники |
Решение и комментарии
Чем объясняется такое соотнесение? С Пушкиным проще...
С Лермонтовым - наоборот: есть продиктованная начальной рифмой («ле - ле») необходимость сближения, но повисает она в пустоте - на нее не откликается ни один конкретный образ. При чем тут лето? Где оно у Лермонтова?
Если у типа Пушкина есть стихи «Летний день» или «Летняя прогулка» (и целых пять «зим»!), то у Лермонтова нет ни одного (!) стихотворения с «летним» названием или зачином.
Но, изменив благодаря пастернаковской строчке фокус взгляда, вдруг видишь, что лето у Лермонтова - везде, что оно и не замечалось-то раньше лишь потому, что больше конкретной темы - не одно из пейзажных времен, а несменяемый фон, на котором развертывается вся жизнь лирического героя, и даже атмосфера его внутреннего мира.
Жар, зной, страсть, жгучие слезы, раскаленный взгляд, полуденное небо, пустыня души. Что пейзаж, когда портрет у Лермонтова и тот исполнен летнего колорита:
Прозрачны и сини,
Как небо тех стран, ее глазки;
Как вечер пустыни,
И нежат и жгут ее ласки.
И зреющей сливы
Румянец на щечках пушистых,
И солнца отливы
Играют к кудрях золотистых.
Еще: «Нарядна, как бабочка летом»; «Как небеса, твой взор сверкает//Эмалью голубой». Лето привходит в человеческую плоть и кровь.
Да и пейзажи лермонтовские не бытописательны, в них лето - категория символическая: «В полдневный жар в долине Дагестана»; «В песчаных степях аравийской земли»; «Когда волнуется желтеющая нива...». Тут лето не время действия, а вечность пребывания - то ли рай, сияющий, как летний день, то ли ад, пекущий, как летний зной, но пейзаж метафизический, потусторонний, данный как постоянное место - удел для души. Все проходит - остается вечный полдень, тот час, на котором замерли часы в недрах мироздания. Иногда - выжженная пустыня, иногда - волнующаяся нива, но всегда - солнце над головой, полдень дня и полдень года.
Поразительно, что у этого русского поэта - ни одного зимнего стихотворения, ни намека на снежную негу или вьюжное упоение, никаких морозных утр, метельных вечеров. Одна только одинокая сосна, одетая ризой сыпучего снега, да и та - из гейневского подлинника, да и та - тоскующая по «далекой пустыне», «горючему утесу» и «прекрасной пальме». Из всех русских поэтов Лермонтов, по природному мироощущению, наименее укорененный, воистину «заброшенный по воле рока», только гибельного для него самого.
И любит он Родину «странною любовью» - любит лето, дымок спаленной жнивы, в степи кочующий обоз - не «суровую зиму», не «смиренную осень».
Как писал о Лермонтове Д. Мережковский, это единственный «несмирившийся» поэт в русской литературе, не склонившийся перед снегом, печалью, равниной, не впавший в «светлую грусть» и умиротворенную хандру, но оставшийся несвершенным порывом и несмиренным вызовом. Отсюда и пожизненная, да и посмертная, верность его лету.
Он и погиб в полдень года, 15 июля, в разгар грозы, вписав навеки в свою судьбу те огненные разряды, которые рвались в нем, рвались вокруг, разорвали его.
Так что не только созвучием первых слогов, но и жизнью, творчеством, смертью Лермонтов зарифмован с летом. В русской поэзии он остается неостуженным жаром, и жизнь его была так коротка, как только лето бывает в России.
Исходный материал – фрагмент книги М.Н. Эпштейна – смотрите здесь.
К этому можно добавить еще вот что.
Похожие начала слов Лермонтов и лето М. Эпштейн называет «начальной рифмой («ле - ле»)». Однако можно взглянуть на это явление и шире.
В лингвистике слова, звучащие похоже, но различные по значению, называются паронимами. В поэтической речи автор специально ставит их рядом, чтобы за счет сходства звучания объединить их и по смыслу. Это называется паронимической аттракцией, которая есть, в свою очередь, частный случай связи звука и смысла.
Задачку на тему, почему «с Пушкиным проще», смотрите здесь.
|
|
|